Реставрация Летнего дворца

На какой период реставрируют фасады Летнего дворца Петра I?

Казалось бы, странно и задаваться таким вопросом. Конечно, на время Петра I. Вот и председатель Комитета госинспекции по охране памятников (КГИОП) С. В. Макаров заявляет: «Мы пригласили членов Совета по сохранению культурного наследия, поднялись на леса, провели расширенный реставрационный совет, заслушали сообщения экспертов, которые проводили исследования. И все вместе пришли к выводу, что лучше вернуть Летнему дворцу его первоначальный вид. И это правильное, обоснованное решение»¹. Посмотрим, насколько успешно удалось осуществить это решение.

Кратко напомним, дворец заложен на берегу Невы и ее протока, названного в последствие Фонтанкой, в 1711 г. План палат начертал лично Петр I, повторив планировку предшествующих на этом месте деревянных хором, перенесенных в том же году в Екатерингоф². Строителем дворца был, вероятно, Д. Трезини. Уже в следующем году царь справил в нем новоселье. С трех сторон здание было окружено водой. Раскопки подтвердили точность изображения дворца на гравюре А. Зубова, 1716 г.: северный и восточный стены омывались водами Невы и Фонтанки. С южной стороны здания находился гаванец, в который со стороны Фонтанки заходили небольшие суда. В палаты вел лишь один вход на южном фасаде (им и сейчас пользуются посетители). К его крыльцу причаливали суда.

Прибывший в Петербург по приглашению Петра архитектор А. Шлютер предложил в 1714 г. разместить на фасадах барельефы между окнами первого и второго этажа, а над порталом главного входа поместить барельеф с изображением Минервы. На крыше после того, как в кабинете установили привезенный из Данцига в 1714 г. «Ветровой прибор», показывающий направление и силу ветра, появился (не ранее 1716 г.) связанный с механизмом прибора медный флюгер с изображением Георгия Победоносца на коне.

Значительные изменения во внешнем облике здания произошли в 1716 г., что было связано со строительством первой в Петербурге каменной Невской набережной. Она протянулась на всю ширину сада от Лебяжьей канавки до Фонтанки. В 2010 г. археологи под руководством П. Е. Сорокина, Н. В. Новоселова обнаружили эту набережную перед самым дворцом. Выяснилось, что кладка из плит плотного известняка сохранилась практически на всю свою высоту. К сожалению, наше предложение музеефицировать кладку, сделав ее объектом показа, не встретило поддержки. В связи с устройством набережной, для выхода на нее царь приказал в спальне и кабинете переделать оконные проемы на дверные. На западном фасаде также на месте оконного проема были сделаны двери с выходом в сад из помещения столовой. Любопытная деталь: у всех трех дверных проемов до сих пор сохранились оконные наличники; слава богу, никому не пришло в голову их переделать!

С постройкой Невской набережной не только цоколь, но частично и стены дворца оказались засыпаны грунтом. В том же году у гаванца подняли высоту каменных стенок и сделали вокруг него новую набережную из выложенных «в елочку» маломерных кирпичей. В 1720-х гг. была переделана крыша: черепица заменена на кровлю из «тонких железных досок». Палаты, первоначально окрашенные охрой в желтый цвет, позднее были «выбелены с лица». Это произошло не ранее 1780 г., о чем подробнее - ниже. На протяжении всего XIX внешний облик дворца оставался неизменным, как можно судить по его изображениям на картинах 1810-х гг. - 1830-х гг. и почтовых открытках начала ХХ века. (Ил.1,2)

А. И. Мартынов. Летний дворец. 1810-е гг.

В. С. Садовников. Летний дворец. 1830- е гг.

После окончанию Великой Отечественной войны в работе по восстановлению разрушенных памятников участвовал большой коллектив талантливых специалистов, среди которых был архитектор Александр Эрнестович Гессен. Добровольцем ушел в ополчение на защиту Ленинграда. Воевал на Кавказе, где получил тяжелое ранение. До конца жизни А. Э. Гессен мужественно переносил страдание от полностью не извлеченных многочисленных минометных осколков. По возвращению в освобожденный Ленинград архитектор участвовал в обмерах и консервации Большого Петергофского дворца Картинного дома и дворца А. Д. Меншикова в Ораниенбауме. А. Э. Гессен связал свою деятельность, главным образом, с реставрацией памятников архитектуры петровского времени: Домика Петра I на Выборгской стороне, Петергофских дворцов Монплезир и Марли, Меншиковского дворца на Васильевском острове, Летнего дворца и сада.

«Во время исследований исторических материалов, - сказал в вышеупомянутом интервью журналистам С. В. Макаров, - выяснилось, что при Петре I дворец был белым и оставался таким до Великой Отечественной войны. Во время его послевоенной реставрации почему-то без какого-либо научного обоснования было принято решение, что фасады будут желтыми, декор - терракотовым, а крыша – металлической».

В 1970-х гг. мне посчастливилось работать в ГИОП с сотрудниками, которые спасали памятники в годы блокады и отвечали за послевоенную реставрацию. Благодаря этим людям инспекция считалась лучшей в стране. Для них, настоящих специалистов, не составляла труда вникнуть в суть дела; в профессиональных вопросах они разбирались не хуже любого эксперта. На моей памяти за 45 лет сменилось 10 руководителей инспекции. Все, за исключением С. В. Макарова, специалиста в области юриспруденции, имели архитектурное или искусствоведческое образование. Они с большим уважением относились к А. Э. Гессену, не говоря уже об их предшественниках, Н. Н. Белехове и А. В. Победоносцеве. И сейчас еще есть в инспекции сотрудники, которые помнят А. Э. Гессена. Его исключительная добросовестность была предметом добродушных шуток, но породило немало недоброжелателей, прежде всего, в чиновничной среде.

По словам С. В. Макарова, вопрос о перекраске дворца в белый цвет обсуждался на расширенном реставрационном совете с участием экспертов и членов Совета по сохранению культурного наследия. И хоть относительно первоначальной окраски все вместе пришли к неверному выводу, подход к делу заслуживает одобрение. С. В. Макаров мог бы убедиться, что его предшественники не менее ответственно отнеслись к решению столь важного вопроса. В реставрации Летнего дворца участвовало 18 проектных, научных и строительных организаций.³ Многолетняя работа велась под неусыпным контролем Госинспекции по охране памятников. Странно звучит утверждение, будто инспекция могла утвердить проектные предложения А. Э. Гессена «без какого-либо научного обоснования». В архиве КГИОП есть материалы по этому вопросу. Жаль, что эксперты с ними, по-видимому, не знакомы. Но можно было и не поднимать архивы и не подниматься на леса: на подлинном цоколе до сих пор сохранились следы первоначальной окраски здания в желтый цвет. Этот факт А. Э. Гессен установил еще в 1961 г.⁴ В 1998 г. мне как археологу КГИОП было поручено вести археологический надзор за работами по гидроизоляции фундамента Летнего дворца. Вывод А. Э. Гессена подтвердился: на цоколе остались следы тонкой штукатурной обмазки, окрашенной желтой охрой⁵. В 2010 г. при раскопках гаванца цоколь на южном фасаде был полностью обнажен. Высокий цоколь (1,39м) состоит из восьми рядов плит известняка. (Ил. 3).

Летний дворец. Южный фасад, обнаженный до уровня фундамента.

Прошло 7 лет, но атмосферные осадки до сих пор не смыли следы окраски. (Ил. 4).

Летний дворец. Следы первоначальной окраски цоколя в желтый цвет.

В ходе раскопок установлено, что от крыльца главного входа вдоль фасада существовал плиточный настил на лежнях по забитым в дно гаванца сваям. Цоколь был оштукатурен и окрашен в цвет стены до уровня этого настила, совпадающего с уровнем кирпичной вымостки набережной гаванца. Очевидно, это было сделано для того, чтобы здание казалось более высоким⁶. Гаванец засыпали в начале 1780-х гг. при строительстве гранитной набережной Фонтанки. Самое раннее изображение белого дворца известно на акварели А. Е. Мартынова, 1810-х гг. Следовательно, перекрашен дворец где-то в период между началом 1780-х гг. и 1810-ми гг.

К слову сказать, ко мне, автору исторической справки к проекту реставрации Летнего сада, обращались из КГИОП по поводу возможности перекраски дворца в белый цвет. Тот же вопрос задал мне автор проекта реставрации дворца архитектор Н. П. Иванов. Я согласился, что такой вариант возможен, так как считаю, что время от времени следует перекрашивать здания, чтобы напомнить, как они выглядели в тот или иной период своей истории. Летний дворец оставался белым на протяжении, по крайней мере, 150 лет. Во времена Петра побелка зданий применялась не реже, чем окраска в желтый и красный цвет⁷. Но не следует говорить, что изначально дворец был белым, и подвергать сомнению правомерность решения А. Э. Гессена о возвращению ему исторической окраски в желтый цвет. К сожалению, именно это мы сейчас и слышим. Из архивных документов известно, что во дворце были окна с частым переплетом и мелкими стеклами. Позднее появились оконные рамы с шестью большими стеклами. Замена могла произойти уже в 1730-х гг., в царствование Анны Иоанновны, или в 1740-х гг. при Елизавете Петровны. А. Э. Гессен предложил восстановить мелкую расстекловку окон, взяв за образец шкафы-стеллажи, что до сих пор стоят в парадном зале дворца, Зеленом кабинете. В шкафах за стеклянными створками хранились «курьезные вещицы» из личной коллекции Петра. Небольшие по размерам стекла имеют неровную волнистую поверхность с радиальными разводами. Это, так называемые, «лунные стекла», секрет производства которых был известен венецианским стеклодувам с XII века. Подобные «французские» и «немецкие» оконные стекла привозились из заграницы, но вскоре их производство было налажено на стекольном заводе А. Д. Меншикова в Ямбурге⁸. По просьбе А. Э. Гессена выдающийся ученый Н. Н. Качалов воспроизвел технологию производства лунных стекол⁹. Более полувека они украшали фасады Летнего дворца, но, к сожалению, не пережили современную реставрацию.

На одном ответственном совещании (хотя меня никто об этом не просил) я представил записку по поводу предстоящей реставрации Летнего дворца. Позднее получил ответ, что многие из моих предложений были приняты и, прежде всего, требование скрыть фальшивый цоколь, высотой 0,9 м (пять рядов известняковых блоков). (Ил. 5).

Летний дворец. Фальшивый цоколь.

Цоколь - это верхняя возвышающаяся над землей часть фундамента. Со временем с ростом, так называемого, культурного слоя подлинный цоколь частично или полностью скрывается под землей, и тогда, чтобы предотвратить фасад от загрязнения и механических повреждений цоколь увеличивают в высоту или делают новый, выше старого. Благодаря строительству Невской набережной, культурный слой у Летнего дворца в 1716 г. вырос почти на 2 м. Уровень земли был поднят до дверных порогов, фактически, до современного уровня, так что подлинный цоколь оказался глубоко под землей. А. Е. Ухналев предположил, что новый цоколь был сделан в начале XIX века¹⁰. Но его нет не только на картинах с изображением Летнего дворца 1810-1830-хх гг., но и на почтовых открытках, выпущенных до 1902 г. Он зафиксирован на открытке 1915 г.¹¹ (Ил. 6).

Летний дворец. Фотоснимок 1915 г.

Возможно, цоколь сделан в преддверие празднования в 1903 г. 200-летия основания Санкт-Петербурга и открытия во дворце Петровской экспозиции. Те, кто принял это решение, пошли на грубое искажение внешнего облика исторического здания. Их не остановило даже то, что стены дворца очень тонкие; вырубка кирпичной кладки и заведение каменных блоков угрожало сохранности памятника. По предложению А. Э. Гессена, согласованного с ГИОП, фальшивый цоколь был заштукатурен и окрашен в цвет стены. Исходя из эстетических соображений, был сделан в цементной штукатурке условный декоративный цоколёк, высотой всего в 17 см. (Ил. 7).

Летний дворец. Фальшивый цоколь заштукатурен и окрашен в цвет стены.

В капитальном труде «Памятники архитектуры Ленинграда» отмечено: «При сопоставлении фасадов дворца с сохранившимися его изображениями, относящимися к 1720-м годам, видно, что он не подвергся переделкам»¹². В этих словах заключена высокая оценка мастерства А. Э. Гессена, который действительно сделал все, чтобы фасады дворца соответствовали изображениям на чертежах и рисунках XVIII — XIX веков.

Со времени реставрации А. Э Гессена прошло 40 лет. Казалось, все давно забыли о существовании фальшивого цоколя, но в канун празднования трехсотлетия Петербурга при очередном косметическом ремонте фасадов его раскрыли. При этом, вероятно сочтя, что выветренный от времени известняковый цоколь недостаточно красив, его отшлифовали! При устройстве фальшивого цоколя были стесаны угловые кирпичные русты. А. Э. Гессен восстановил русты в штукатурке, и, так как это - «новодел», многоопытный архитектор намерено придал им гладкую поверхность (подлинные русты выполнены «в шубе»). Горе-реставраторы, раскрыв цоколь, сохранили новодельные русты. (Ил. 8).

Летний дворец. Угловые русты на фальшивом цоколе. 2017 г.

Тогда же я опубликовал статью: «...угловые русты на цоколе — это абсурд! Такого не было нигде и никогда, такое просто невозможно в архитектуре. Барочные наличники оконных проемов соприкасаются с каменным цоколем — это безграмотно! Остается только удивляться, с какой легкостью оказалось возможным изменить исторический облик дворца Петра I!»¹³. Действительно, не было ни исторической справки, ни предварительного обсуждения проекта. Любопытно, что теперь никто не берет ответственность за согласование «контр-реставрации». «По счастью, - писал я, - ситуация поправима, и первое, что предстоит сделать реставраторам Летнего сада, это вернуть фасадам дворца Петра I исторический облик».

В 2012 г. был проведен конкурс на разработку проекта реконструкции и реставрации Летнего дворца. Его, не имея конкурентов, выиграла компания ООО «Профиль». В 2014 г. в ФАУ «Главгосэкспертиза России» утвердила проект архитектора Н. П. Иванова. По проекту предлагалось заштукатурить фальшивый цоколь, оставив открытым лишь небольшой фрагмент как свидетельство его наличия. Выиграв очередной безальтернативный конкурс по выбору исполнителя работ, компания ООО «Профиль» заключила контракт на реализацию проекта. Далее произошло нечто странное. Оказывается, генподрядчик вовсе не собирался выполнять все требования проекта. Сняли леса, и взору предстал Летний дворец все с тем же фальшивым цоколем. Он выглядит особенно нелепо со стороны гаванца, так как, оторванный от земли, завис в виде безобразной черной ленты на белом фоне стены. (Ил. 9).

К чести КГИОП, надо сказать, что комитет не принял такую работу. В ответном письме КГИОП на имя председателя ВООПиК Санкт-Петербургского городского отделения А. Д. Марголиса сообщалось, что «20. 04. 2017 ООО «Профиль» представил на согласование в КГИОП отчетную документацию о выполнении работ по реставрации указанного объекта (2-й этап). Документация отклонена от согласования ввиду не соответствия выполненных работ согласованной проектной документации…»¹⁴. Из дальнейших разъяснений КГИОП выяснилась, что ООО «Профиль» согласовало изменение проекта с нарушением правил. «Работы по ремонту и реставрации фасадов здания были выполнены в соответствии с согласованной документацией Управлением Минкультуры России по Северо-Западному федеральному округу (№28-1378/13 от 19.12.2015). Изменение решения по цоколю здания было представлено в исполнительной документации «Отчетная документация» № 212-202-111 от 11.05.2016» ¹⁵. Обратим внимание на дату согласования проекта в Минкультуре - 19 декабря 2015 г. К тому времени уже два месяца полномочия по государственной   охране Летнего дворца были переданы из ведения Минкультуры КГИОП. Вот документ: «Распоряжением Правительства РФ от 17 октября 2015 г. N 2082-р утверждены изменения, которые вносятся в перечень отдельных объектов культурного наследия федерального значения, полномочия по государственной   охране   которых   осуществляются Министерством культуры РФ. В соответствии с распоряжением Санкт-Петербургу переданы полномочия по государственной охране следующих объектов: … «Кофейный домик», «Чайный домик», «Летний дворец Петра I» в Летнем саду»¹⁶. Очевидно, понимая, что КГИОП не согласует изменения проекта, генподрядчик поторопился, но все равно опоздал!

Есть какая-то горькая ирония в том, что именно «Федеральная служба по надзору за соблюдением законодательства в области охраны культурного наследия» взяла на себя (задним числом!) ответственность за искажение исторического облика дворца Петра. Но чиновников можно понять. Одновременно в ведение КГИОП передавался не только многотомный проект реставрации Летнего дворца, но и дела по таким объектам, как: Дворец Великого князя Михаила Павловича (Русский музей), «Михайловский (Инженерный) замок», «Дворец Строгановых», «Мраморный дворец». Как не вспомнить дельный совет Фамусова: «А у меня что дело, что не дело, обычай мой такой: подписано, так с плеч долой».

Вернемся к вопросу, на какой период реставрируют фасады Летнего дворца. Однозначного ответа нет. Задание предполагало реставрацию барельефа над главным входом (утрачена правая рука Минервы, в которой она держала копье). Но все осталось по-прежнему. То ли деньги кончились, то ли сочли не уместным восстанавливать копье воинственной богини, направленное в сторону запада. Фасады перекрашены; на фальшивом цоколе сохранены воссозданные А. Э. Гессеном угловые русты. Железная кровля заменена на медную.

Летний дворец. Фальшивый цоколь. 2011 г.

Можно подумать, что задача реставраторов состояла именно в том, чтобы показать все накопившиеся искажения и добавить к ним новые. Рядовые, не обремененные знаниями посетители, пожалуй, поверят, что так и было при Петре. Ведь обещал же председатель КГИОП С. В. Макаров вернуть Летнему дворцу первоначальный вид. Но, как шутили актеры императорских театров, оправдывая свою плохую игру: «публика дура, не поймет»! Вот и культуролог М. Н. Золотоносов, которого, по его словам, как автора «гадостных и скандальных статей» сначала даже не хотели пускать на объект, подтвердил: «говоря кратко, в Летнем дворце идет реставрация, ничего страшного не происходит, все научно и логично, а сама реставрация делается качественно»¹⁷.

Иллюстрации

А. И. Мартынов. Летний дворец. 1810-е гг.

В. С. Садовников. Летний дворец. 1830-е гг.

Летний дворец. Южный фасад, обнаженный до уровня фундамента.

Летний дворец. Следы первоначальной окраски цоколя в желтый цвет.

Летний дворец. Фальшивый цоколь.

Летний дворец. Фотоснимок 1915 г.

Летний дворец. Фальшивый цоколь заштукатурен и окрашен в цвет стены.

Летний дворец. Угловые русты на фальшивом цоколе. 2017 г.

Летний дворец. Фальшивый цоколь. 2011 г.